Главный зодчий Петербурга Карл Росси. Путь к мастерству – Часть 2

Опубликовано: Март 24, 2012

Канцелярия полицмейстерских дел объявила: препятствий дансёрам Лепику и Росси не чинить и жительство в столице разрешить.

Теперь иноземным артистам предстояло явиться к князю Николаю Алексеевичу Голицыну, ведавшему в Комитете для управления театральными зрелищами и музыкой.

Представления в Большом Каменном театре давались трижды в неделю. Один день — итальянская труппа. Другой — французская, за которую отвечал камергер Андреян Иванович Дивов. В третий день — труппа русская под надзором Петра Андреевича Мятлева. Каждое представление обязательно завершалось балетом.

В доме князя Голицына на Фонтанке с приезжими заключили первый контракт. По сему контракту велено им обоим «танцевать в больших операх, также танцевать и в больших аллегорических балетах, :которые при случае публичной какой ни есть радости сочинены будут, с тем однако же, что те части из оных, в которых он с женою своей употреблен будет, будут сочинены им самим». А жалованье положено им: Лепику — 6000 рублей в год, Росси — 4000 рублей в год, на карету по 500 рублей в год каждому, на квартиру 500 рублей каждому и 70 саженей дров в год обоим. Платье театральное доставляет им дирекция. И еще дается в пользование ложа 2го яруса ценою в 75 рублей.

А уже утром 3 сентября того же 1785 года служители при полиции — хожалые разносили по городу печатные афишки: «Комитет имеет честь обнадежить публику, что она вскоре услышит славнейшего певца господина Маркезини и госпожу Тоди и увидит искуснейших дансёров господина Пика и госпожу Росси… таланты во всех родах знаменитыя, которым вся Европа отдает должную справедливость…»

Афишки получали только те, кто жил в городе между Невой и Фонтанкой. Именно здесь находилась истинная столица империи. Здесь вершились судьбы, устанавливались моды и мнения, царило довольство и веселье. А те, кто жил за Невой, на Петербургской или Выборгской стороне, те должны были заботиться о благополучии и благоденствии Города. Разделение это, правда, касалось только подданных империи. Уроженец Европы, кем бы он ни был, прибыв в Петербург, почти сразу получал право селиться рядом с дворцами и особняками знати. Само иноземное происхождение уже давало привилегию…

Ю. Овсянников