Восстание декабристов

Опубликовано: Апрель 7, 2012

Так сложился облик площади, которой суждено было стать, свидетельницей одного из самых драматических эпизодов в истории русского революционного движения — восстания декабристов. …14 декабря 1825 года около семисот солдат лейб-гвардии Московского полка, предводительствуемых офицерами, участниками Северного тайного общества, вырвались из своих казарм, которые находились на углу Гороховой и Фонтанки. Солдаты успели захватить запас боевых патронов и знамена. Московцы двинулись по Гороховой в сторону Адмиралтейства. Толпы народа следовали за солдатами. Придя на Сенатскую площадь, московцы выстроились в каре — четырехугольником — вот тут, у памятника Петру. Вскоре к каре пристроились и другие части, отказавшиеся присягать новому императору Николаю.

Николай узнал заранее о готовящемся восстании от предателя. Воспользовавшись тем, что руководители восстания заняли оборонительную позицию, не переходя к активным действиям, царь подтянул кавалерию, пехоту, артиллерию и окружил Сенатскую плошадь. Первые атаки правительственных войск были отбиты.

Кавалеристов, устремившихся на каре, встретил не только ружейный огонь. С крыши старого здания Сената во всадников летели поленья. Народ был на стороне восставших. С забора строящегося Исаакиевского собора поленья летели в самого Николая и его приближенных.

Чиновник, наблюдавший за строительством собора, доносил потом что из-за ограды Исаакия было выкинуто больше тридцати кубических саженей дров. Напуганный поведением толпы, Николай решил действовать более решительно и велел открыть огонь по восставшим из орудий. Три пушки, вблизи которых находился сам царь, стояли возле дома со львами, одна — невдалеке от здания Конногвардейского манежа. Можно легко представить, какие страшные опустошения произвела картечь на таком близком расстоянии. Один из очевидцев, чиновник, писал: Пальба продолжалась с час. Тут не могло быть и не было никакого разбора: не столько участники мятежа, сколько простые зрители ложились рядами… Люди давили друг друга и гибли, догоняемые ядрами и картечами.

Часть восставших прорвалась на Неву. Но и тут их догоняли снаряды. Неокрепший еще лед стал проламываться, и много людей потонуло.

А когда наступила ночь, то полицейские спустили под лед, в проруби, вместе с убитыми немало и раненых. Так царь расправился с восставшими. Но кровь, обильно пролитая в тот зимний день, не пропала даром.

А. И. Герцен писал потом, что гром пушек на Сенатской площади пробудил целое поколение На борьбу с царским самодержавием поднимались новые и новые тысячи людей.