Главный зодчий Петербурга Карл Росси. Мастер ансамблей – Часть 14

Опубликовано: Сентябрь 9, 2012

Люблю воинственную живость Потешных Марсовых полей, Пехотных ратей и коней Однообразную красивость, В их стройно зыблемом строю…

Простор Марсова поля с юга завершают зеленые кулисы уцелевшей части Третьего Летнего сада, а сквозь причудливый ажур деревьев должен просвечивать желто-белый объем монументального дворца Михаила Павловича, будущего главнокомандующего гвардейским и гренадерским корпусами русской армии. Все восхищает своим строгим, стройным видом.

Закладка дворца состоялась 14 июля 1819 года. Император на ней не присутствовал. Ускакал в Архангельск. Но эта мелочь не испортила радостного настроения Карла Ивановича Росси. Сознание, что, наконец, после многих лет ожидания он приступил к решению настоящей градостроительной задачи, бодрит и вдохновляет его. А впереди шесть лет тяжкого, изнуряющего труда.

Для надежности и прочности все строительные работы ведут с наступлением теплых дней и вплоть до первых холодов. Так завел еще царь Петр, а сейчас строго соблюдают обычай.

Зимой подрядчики запасали кирпич, тёс, камень. Архитекторы и помощники занимались чертежами, планами, расчетами. Короче, все тщательно готовили к весенним месяцам, чтобы потом летела работа, как фельдъегерская тройка — без задержек и остановок. Но даже при таком раскладе Комиссия все равно оставалась недовольной. Ругала за промедление, торопила, назначала порой неисполнимые сроки. Например, живописец Виги обязан был за полтора месяца расписать масляными красками потолок большой залы, два люнета, два фриза и три простенка с двенадцатью фигурами. Скульптору Демут-Малиновскому велено за пять с половиной месяцев изготовить два фронтона и сорок четыре барельефа высотой 195 сантиметров и шириною 288 сантиметров. Таков уж характер канцелярского племени — утверждать свою надобность за счет чужого труда и собственного показного рвения к службе.

Положение любимого двором мастера несколько облегчает жизнь Карла Ивановича, позволяя ему порой отмахиваться от мелочных распоряжении, указании, советов. На самом верху ведают работоспособность Росси и меру его таланта, потому и прощают некоторое своевольство. Но самостоятельность зодчего подрывает основы существования среднего звена, и простить этого чиновники не могут. Вынужденные пока терпеть, они ждут, когда представится случай.

Ю. Овсянников