Главный зодчий Петербурга Карл Росси. Мастер ансамблей – Часть 17

Опубликовано: Сентябрь 13, 2012

Из «нынешних» Карл Иванович признает Евгению Колосову и Авдотью Истомину. Колосову не только потому, что танцует она в паре с его родственником Огюстом Пуаро. Каждое ее движение, каждый жест так натуральны и понятны, что заменяют слова. А с Истоминой никто не может сравниться в грации, легкости и быстроте движений. Сегодня, 1 7 октября 1820 года, он едет в театр.

— Пусть подают карету!..

У придворного зодчего собственная карета. Он, наконец, может позволить себе такое маленькое удобство. Его жалованье теперь больше, чем у какого-либо другого архитектора — 15 500 рублей в год. Правда, собственных лошадей держать трудно. Лучше брать наемных. И Росси исправно платит 300 рублей за четверку вороных.

У сестры, Мари Пуаро, своя ложа. Оттуда успеет он пролорнировать, кто толпится в партере, какие «партии» сегодня в креслах. Конечно, Мари замучает неизбежными ритуальными вопросами: как здоровье, как дети, что нового? Но вот —

В райке нетерпеливо плещут, И, взвившись, занавес шумит…

Случайная мелочь, вероятно, чуть омрачила праздничное настроение Росси после спектакля: кучера не оказалось на месте. Впрочем, куда-то отлучился кучер кареты, стоявшей впереди, и кареты, стоявшей позади, и следующей за ней… Зато у грелки — огромного шатра под железной крышей, в центре которого краснела раскаленная жаровня, — что-то оживленно обсуждая, толпились кучера, лакеи и форейторы. Заметив выходящих господ, они нехотя разошлись по своим местам…

На следующее утро Росси узнал истинные происшествия вчерашнего вечера. Еще накануне, то есть 16 октября, возмутилась первая рота лейб-гвардии Семеновского полка. Не вынесла жестокостей и беззаконий нового командира полка Ф. Шварца. Последней каплей, переполнившей чашу солдатского терпения, стал приказ: подвергнуть палочному наказанию несколько старых служивых. А те солдаты имели награды и по уставу телесным наказаниям не подлежали.

Ю. Овсянников