Идея единого протяженного строения здания Двенадцати коллегий

Опубликовано: Сентябрь 18, 2012

Высшие учреждения страны призваны действовать согласованно, в нерушимом единстве. И дома их должны стоять плотно прижавшись друг к другу, как братья-близнецы, плечом к плечу. Сама идея такого протяженного единого строения из нескольких домов не нова. Живя в Копенгагене, Доминико Трезини хорошо изучил здание тамошней биржи. Архитекторы Лоурен Стенвинкель и Ганс Стенвинкель-младший возвели ее в 1625 году по такому же принципу: восемь совершенно одинаковых домов вытянулись в ряд под одной крышей.

(Правда, в Петербурге одно из строений, которое торцом обращено к Большой Неве, чуть длиннее прочих. Это двенадцатое помещение — для Аудиенц-каморы, где принимали иноземных послов.) По такой же примерно системе были поставлены здания Приказов в Московском Кремле, где Доминико Трезини отвечал на расспросы подьячих. Построившись в линию, двенадцать «братьев» растянули свои фронт на 383 метра, почти упираясь левым флангом в будущий Мытный двор. У каждого здания свой парадный вход.

Своя крыша. Высокая, четырехскатная с переломом. Очень типичная для первой четверти XVIII столетия (такие можно и сегодня встретить в Прибалтике на старых домах). Не просто защита здания от непогоды, а украшение, придающее дому дополнительную величавость.

Нужно внимательно разглядеть только одну Коллегию, чтобы все узнать про остальные. Первый этаж здания — галерея, где вместо колонн массивные рустованные пилоны — широкие прямоугольные столбы. Крайние — чуть шире остальных, и в них ниши для статуй. Второй и третий этажи гладкие. Лишь пилястры между окнами. По углам пилястры сдвоены. Они — как строгая рама зрительных границ архитектурного произведения.

Каждое здание на одиннадцать осей — протяженностью в одиннадцать окон. Центральная часть в три окна чуть выступает вперед. Это ризалит. Будто неведомая сила, стремясь подчеркнуть парадность входа, выталкивает его.

Ю. Овсянников