Главный зодчий Петербурга Карл Росси. Мастер ансамблей – Часть 23

Опубликовано: Сентябрь 22, 2012

Из представленных Карлом Ивановичем двух проектов одобрен был тот, который дешевле. И тут же последовал приказ: «Апробовав сделанный архитектором Росси план и фасад надстройки, предполагаемой в Павловском дворце над расписанной Гонзагом галереею для помещения там главной моей библиотеки, я прошу Вас приступить немедленно к произведению работ…»

Встречи с местами, где прошли детство и юность, всегда порождают странное чувство радости и печали, слитых воедино. Радости свидания с милым сердцу и теперь таким далеким прошлым, печали осознания необратимого бега времени. Уютный Павловск наверняка пробудил в душе Росси волнение и стал кладом воспоминаний. Может, именно поэтому все то, что создал он в этой загородной резиденции, полно особого лиричного очарования и тонкого вкуса. Порою кажется, что именно здесь стремился он подчеркнуть изысканную тонкость своего мастерства. И не случайно историки архитектуры считают библиотеку в Павловске одним из лучших творений зодчего.

Расписанная Гонзага галерея, изгибаясь дугой, соединяет основное здание дворца с боковым флигелем. Карлу Ивановичу предстоит надстроить галерею, не лишив ее вместе с тем гармоничной легкости. Дело непростое и хитрое.

Творение Гонзага привлекает взор изяществом своей колоннады: десять сдвоенных ионических колонн с широкими промежутками между ними. Чтобы не нарушить цельности впечатления, Росси в своей надстройке завершает эти промежутки большими арочными окнами. Они как бы подчеркивают ритм, заданный Гонзага. В результате рождается продолговатый, изогнутый по дуге зал с пятью окнами на одной стороне. В промежутках между ними архитектор расставляет в зале красивые витрины. По глухой стене встает сплошной ряд книжных шкафов с застекленными дверцами. Еще один шкаф — фальшивый — прикрывает входную дверь. В центре зала — изогнутый по дуге большой стол из золотистой карельской березы. Из нее же выполнены кресла и стулья, обитые темно-зеленой кожей. В шкафах — 20 тысяч томов в желтых кожаных переплетах с зелеными корешками. В витринах — гравюры и рисунки. Сводчатый потолок библиотеки расписан желто-серой гризайлью — будто вовсе не роспись, а лепнина. Изображения античных мыслителей и поэтов определяют назначение зала. Убранство дополняют вазы из полудрагоценных уральских и алтайских камней и созданные по рисункам Росси различные декоративные украшения. В Павловске архитектор повторяет прием, уже найденный в Елагином дворце: войти в библиотеку можно, только миновав небольшой кабинет. И эта игра с пространствами сразу же придает новому залу ощущение простора и величия. Создается впечатление — чем сложнее ставят Карлу Росси задачу, тем с большим блеском он ее решает.

Ю. Овсянников