Николай I Павлович (Николай I) – Часть 6

Опубликовано: Октябрь 22, 2012

Один из придворных подал Н. П. жалобу на офицера, который выкрал у него дочь и без разрешения родителей обвенчался с ней. Н. П. написал: «Офицера разжаловать, брак аннулировать, дочь вернуть отцу, считать девицей». Из воспоминаний Анны Тютчевой: «В 1853 г. русский двор имел чрезвычайно блестящую внешность. Своим престижем он был всецело обязан личности Николая Павловича. Никто лучше как он не был создан для роли самодержца. Его внушительная и величественная красота, величавая осанка, строгая правильность олимпийского профиля, властный взгляд — все дышало в нем земным божеством. Никогда этот человек не испытывал тени сомнения в своей власти или в законности ее. Он верил в нее со слепой верой фанатика.

Как у всякого фанатика, умственный кругозор его был поразительно ограничен его нравственными убеждениями. Повсюду вокруг него в Европе под веянием новых идей зарождался новый мир, но этот мир индивидуальной свободы представлялся ему лишь преступной и чудовищной ересью, которую он был призван искоренить во что бы то ни стало, и он преследовал ее не только без угрызения совести, но со спокойным сознанием исполнения долга. Глубоко искренний в своих убеждениях, часто героический в преданности тому делу, в котором он видел миссию, возложенную на него провидением, можно сказать, что Николай Павлович был донкихотом самодержавия, донкихотом страшным и зловредным, потому что обладал всемогуществом, позволявшим ему подчинить все своей фантастической и устарелой теории и попирать ногами самые законные стремления и права своего века. Вот почему этот человек мог быть для России тираном и деспотом, систематически душившим в управляемой им стране всякое проявление инициативы и жизни. Угнетение, которое он оказывал, не было угнетением каприза. Это был самый худший вид угнетения — систематическое, обдуманное, убежденное в том, что оно может и должно распространяться на частную жизнь народа, на его мысль, его совесть, и что оно имеет право сделать из великой нации автомат, спусковой механизм которого находился бы в руках владыки.

А. Н. Агеев, С. А. Агеев, Н. А. Агеев