Будни и праздники царской резиденции – Часть 6

Опубликовано: Ноябрь 10, 2012

Все прочие гости съезжались во дворец с так называемого Крещенского подъезда, со стороны Невы, и там обычно шла толкотня и неразбериха с шинелями при разъезде. Я вошел одним из первых, и придворные лакеи в красных фраках еще проходили по лестнице и лили из бутылок на раскаленные чугунные совки придворные духи, распространявшие специальный, присущий дворцу аромат. Скинув шинель с бобровым воротником образца установленного при Николае I, я стал подниматься на второй этаж.

На всех площадках и поворотах стояли псари императорской охоты в расшитых галунами кафтанах темно-зеленого цвета. За громадной стеклянной дверью, отделявшей лестницу от первого небольшого зала второго этажа, я прошел мимо парных часовых-великанов, солдат Измайловского полка. Через минуту я уже очутился в полукруглом угловом зале, в котором, неизвестно с каких пор и зачем, стояла пушка.

Я продолжал путь через так называемую большую галерею, в которую с левой стороны выходили двери из внутренних царских покоев. На противоположной стороне висели громадные портреты выдающихся государственных и военных деятелей прежних времен. Как обычно, я задержался лишь перед портретом моего деда, Павла Николаевича, спокойно смотревшего на меня из-под нависших век.

В круглом зале, так называемой «ротонде», со мной раскланялись нарядные скороходы и придворный негр-великан в белой чалме. Со времен Петра I негр считался ближайшим телохранителем царской особы. В большом Николаевском зале главная люстра еще не горела.

Приглашенные стали быстро съезжаться, хрусталь люстр заиграл переливами от тысяч электрических ламп, а в соседней к залу галерее был уже открыт высокий, по грудь, буфет с шампанским, клюквенным морсом, миндальным питьем, фруктами и большими вазами с печеньями и конфетами. Таких сладостей в продаже найти было нельзя, и всякий старался увезти побольше этих гостинцев домой. Около буфета толпились офицеры. Среди дипломатов японский посол уже отсутствовал — дипломатические отношения с Японией были прерваны.

Шум все усиливался и уже трудно становилось протолкаться в этой нарядной толпе. Около дверей, из которых должна была выйти царская семья, толпились высшие чины свиты. Раздался стук палочки придворного церемониймейстера Ванечки Мещерского. Все мгновенно стихло, и в двери, распахнутые негром, стала входить царская семья.

А. Н. Агеев, С. А. Агеев, Н. А. Агеев