Главный зодчий Петербурга Карл Росси. Архитектор и царь – Часть 4

Опубликовано: Ноябрь 12, 2012

В северо-восточной части дворца, той, что смотрит на Малый Эрмитаж, выбрали анфиладу из шести комнат. Сломали меж ними стены, заложили окна вдоль одной стороны, и получился не очень широкий зал длиной свыше пятидесяти метров. Чтобы скрыть такую протяженность, архитектор разделил его двумя парами небольших портиков с колоннами коринфского ордера. А между портиками перекинул мощные арки. Членение зала подчеркивают и три застекленных фонаря, пропускающих рассеянный дневной свет, и три люстры в виде гигантских лавровых венков.

Цилиндрический свод потолка Росси отделил от стен резко выступающим карнизом. Он как бы уменьшает высоту зала, делает его соразмерным человеку и подчеркивает особую значимость стен, на которых будут развешаны в пять рядов портреты одинаковой величины.

Доступ в галерею откроют три двери. Две из них ведут в Белый зал (теперь Гербовый) и в Большой тронный (теперь Георгиевский). Третья дверь — в южной торцовой стене. Прямо против нее должен висеть портрет Александра I. Слева от него — портрет австрийского императора Франца I. Справа — прусского короля Фридриха Вильгельма III. Такие же большие портреты Кутузова и Барклая де Толли будут расположены по обеим сторонам двери, открытой в Тронный зал. На противоположной стене — портреты Константина Павловича и английского полководца герцога Веллингтона — победителя в битве при Ватерлоо. Желтый искусственный мрамор колонн, теплый красный свет фона, золото строгих рам и нарядных светильников создадут атмосферу величавой торжественности. Зодчий как бы подчеркивает особую историческую значимость созданного им памятника…

Пока ломают стены между старыми кабинетами и готовят помещение для будущей галереи, архитектор рисует чертежи и планы переделок в прилегающих помещениях. Все время Карл Росси живет в каком-то невероятном темпе: надо внимательно наблюдать за строительством зданий Главного штаба и Министерства иностранных дел; надо следить за работами в галерее; надо готовить рисунки переделок в других помещениях; надо перестраивать по велению императора Грот, что в Летнем саду, Кофейный домик; надо продумать траурное убранство к похоронам Елизаветы Алексеевны… Нельзя отказать министру двора князю П. Волконскому, который просил сделать проект библиотеки для его имения в Суханове под Москвой. Надо… Надо… Надо… И все следует исполнить в срок, надежно и… не слишком дорого. Вот почему для каждого строения зодчий составляет точные сметы, а потом сам заключает подряды, проверяет подаваемые счета и ведет строгий учет. Честность его, наверное, скоро войдет в поговорку. Он единственный, кому государственные казначеи выдают без всякого страха любые суммы. Знают, что если даже рубль останется, то и его Росси сдаст обратно. Ему доверяют, и никому в голову не придет наслать дотошную ревизию, как поступили, например, с Огюстом Монферраном. Впрочем, такая метода расчета, такой напряженный темп доставляют зодчему особое удовлетворение. Темп будоражит, подгоняет, рождает неповторимое чувство творческого нетерпения, которое сулит обычно удачу…

Ю. Овсянников