Главный зодчий Петербурга Карл Росси. Архитектор и царь – Часть 6

Опубликовано: Ноябрь 16, 2012

Возможно, это и огорчило зодчего. Но хочется думать, что создавал он галерею не только по наказу царя, но и по велению своего сердца. Во втором ряду между изображением Веллингтона и выходом из галереи был помещен портрет друга его юности — бесстрашного и порывистого Александра Ивановича Кутайсова. Росси должен был знать рассказы о безрассудной смелости молодого генерала в Бородинском сражении.

Назначенный начальником русской артиллерии, он отдал перед боем приказ: «Подтвердить от меня во всех ротах, чтобы они с позиций не снимались, пока неприятель не сядет верхом на пушки…» А сам, не прислушавшись к замечаниям Кутузова, поскакал на левый фланг, прослышав, что князь Багратион тяжко ранен. Там в схватке и погиб. И во имя его памяти трудился здесь Карл Росси…

1 января нового, 1827 года царский двор отметил балом-маскарадом в Таврическом дворце. Присутствовать обязаны были особы первых шести классов — до коллежского советника включительно. Маскарад «отличался великолепием, столько же и разнообразием костюмов. Но преимущественнее всех встречаемы были русские величественные и живописные греческие». Императрица Александра Федоровна изволила выйти в парадном сарафане и кокошнике. В таком же костюме присутствовала великая княгиня Елена Павловна. Не случайны и греческие костюмы в маскараде. Еще недавно дворянство осуждало Александра за нежелание помочь единоверцам в борьбе за независимость. Николай демонстративно подчеркивает свой интерес к событиям на Пелопоннесе. По окончании бала императорская семья вместе с особами первых трех классов изволила ужинать. Остальные приглашенные отправились по домам…

Теперь, после открытия галереи, можно приступить к перестройке помещений вокруг нее, к созданию торжественного мемориала в самом центре дворца. Все хорошо продумано и просчитано

Ю. Овсянников