Главный зодчий Петербурга Карл Росси. В зените славы – Часть 31

Опубликовано: Апрель 16, 2013

Многое изменилось за годы после создания ансамбля Александрийского театра. Уже не легкие пролетки, сдерживая свой бег, останавливаются на площади, а тяжелые автобусы проезжают мимо подъезда библиотеки и здания театра. Озадаченные делами и домашними заботами горожане спешат по тротуару нахоженными путями. У каждого свои проблемы, свои интересы. Им недосуг любоваться величием окружающих зданий. До самого вечера не иссякают людские ручьи, текущие в присутственные места, в библиотеку, в театральные кассы, в расположенные неподалеку магазины. Торопятся люди. Нет у них лишней минуты, чтобы задержаться и оглянуться вокруг.

Но приходят на площадь и другие: те, кто стремился сюда, как на долгожданное свидание. Приходят в одиночку, чаще группами, ведомыми экскурсоводами. Это, главным образом, приезжие, давно мечтавшие увидеть прославленную рукотворную красоту. Их сразу можно отличить по тому, как старательно они выбирают удобную точку обзора.

Старый цветочный ковер давно превратился в сквер с большими пышными деревьями. В центре его поднялся тяжелый, разлапистый памятник Екатерине II и закрыл фасад театра со стороны Невского.

Некогда сиявший бронзой на солнце Аполлон укрыт сейчас тусклой вуалью черного лака, а само здание, наоборот, перекрасили в желтый цвет. Тем самым нарушили тональное единство площади, и театр «выпал» из общего ансамбля.

Рядом с библиотечным корпусом Росси в конце XIX столетия пристроили еще одно здание книгохранилища, «задавившее» творение великого зодчего. Случайные, несогласованные меж собой эклектичные дома поднялись по обеим сторонам театра. В желтый цвет перекрасили Театральную улицу. Осталось без скульптурного убранства здание с арками в начале улицы Ломоносова. Так и не поднялся задуманный архитектором корпус на северном углу площади Чернышева и набережной Фонтанки. Многое утратило великолепное творение Карла Росси, но по-прежнему потрясает величием замысла и воплощения.

Налюбовавшись вдоволь небольшими и вместе с тем монументальными павильонами, сурово-величественным зданием библиотеки, торжественным объемом театра, поклонники красоты спешат на Театральную улицу, чтобы замереть в восторженном удивлении от совершенства форм и благородства пропорций. Здесь слились воедино неповторимый талант зодчего и мастерство исполнителей…

Замыслив ансамбль улицы, который своей красотой и величавостью должен был превзойти созданное его современниками, Карл Иванович даже не предполагал, что прокладывает себе путь в будущее. В октябре 1923 года ясную и радостную улицу назвали именем зодчего Росси. Оставили навечно жить в памяти потомков имя того, кто придал Петербургу «строгий, стройный вид…».

Ю. Овсянников