Мастер лепки и фантазии Франческо Растрелли. Зимние дворцы – Часть 12

Опубликовано: Апрель 25, 2013

Идет строительство нового, ныне существующего Зимнего дворца.

Наконец, меньше чем за год сооружен временный деревянный Зимний дворец в начале Невского.

Такое не всякому молодому под силу. Великая работоспособность — одно из проявлений гениальности.

Карету обер-архитектор а можно встретить в самых различных местах. Утром у Смольного монастыря. К вечеру на Адмиралтейском лугу. На следующий день она катит по аллеям Царскосельского парка. Потом ее видят на Садовой, в Стрельне, Петергофе. Всюду надо успеть. Все надобно проверить самому. Что-то исправить, что-то переделать. Может, и на Невский он переехал, чтобы быть поближе к наисрочнейшей и наиважнейшей работе — временному Зимнему дому.

Только через полтора года после утверждения проекта и начала сооружения нового Зимнего дворца удалось обер-архитектору убедить императрицу переехать в другую, временную резиденцию. Он даже пообещал почти невозможное: построить вместительный временный дворец за полгода. И место для него выбрал: пустырь между Малой Морской и Мойкой по Большой Невской першпективе, там, где когда-то до пожара, при Анне Иоанновне, стоял Большой Гостиный двор, а ныне кинотеатр «Баррикада».

13 февраля 1755 года граф де Растрелли представил на высочайшее рассмотрение окончательный план будущего временного пристанища императорского двора.

Одноэтажное деревянное здание на каменном фундаменте главным фасадом обращено на Невский. Центральная часть с восьмиколонным портиком, увенчанная фронтоном и затейливым картушем с гербом, возвышается над всем зданием. За ней, выходя массивным прямоугольником в парадный двор, разместился огромный тронный зал. Спрятанные за главным фасадом два флигеля, вместе с восточным крылом (по Мойке) и западным, образуют еще два внутренних двора. Во флигелях и восточном крыле — жилые покои. Все просто, рационально, удобно. Без излишней пышности. Это только временное жилье.

6 марта императрица милостиво соизволила утвердить проект. Тогда и началась настоящая спешка. Тысячи солдат днем и ночью при свете костров и запаленных бочек со смолой рыли канавы для фундамента. Из вологодских и архангельских лесов потянулись нескончаемые обозы с тесаными мачтовыми лесинами. Ярославские и псковские плотники безумолчно перестукивались топорами, готовя срубы дворцовых флигелей. А в мастерских Канцелярии от строений десятки умелых мастеров резали из липы затейливые украшения будущих хором и тут же серебрили и золотили их.

Ю. Овсянников