Мастер лепки и фантазии Франческо Растрелли. Зимние дворцы – Часть 14

Опубликовано: Май 1, 2013

Глядя на сей архитектурный сумбур, зодчий утешал себя, что неуклюжий дом недолговечен, со временем он не оставит и следа в памяти людей, а судить о его, Растрелли, мастерстве будут по тому грандиозному каменному дворцу, что поднимется на берегу Невы, рядом с Адмиралтейством. Потомки станут оценивать эпоху по сохранившимся памятникам, в создание которых и он, Растрелли, внес свою лепту.

Из случайно уцелевших чертежей и отдельных распоряжений можно узнать, что высота Светлой галереи вдоль Невского была 5 сажен, то есть 10,65 метра. В ней висели двадцать «живописных картин в посеребренных рамах». Высота жилых покоев в корпусе вдоль Мойки равнялась 5,5 метра. Полы в Тронном зале, Светлой галерее, аудиенцкамере, опочивальне были «штучные, набранные дубом, орехом и кленом».

Еще сохранились воспоминания придворного ювелира Позье о маскарадах в деревянном Зимнем дворце: «Маскарады… были роскошны… по этому случаю раскрывались все парадные покои, ведущие в большую залу, представляющую двойной куб в сто футов. Вся столярная работа выкрашена зеленым цветом, а панели на обоях позолочены. С одной стороны находится 12 больших окон, соответствующих такому же числу зеркал из самых огромных, какия только можно иметь; потолок написан эмблематическими фигурами… Есть несколько комнат для танцев, для игры, и общий эффект самый роскошный и величественный».

Судя по Камер-фурьерским журналам, балы и маскарады происходили два раза в неделю. В такие вечера ко дворцу съезжались сотни карет. Громыхали колеса по булыжной мостовой, прыгали на лошадях и кричали форейторы. Размахивали коптящими факелами верховые. И весь Невский становился сплошным огнем и громом.

Любуясь красочным зрелищем из окна своего кабинета, обер-архитектор императорского двора граф Франческо Бартоломео Растрелли с нетерпением ждет, когда у подъезда затанцуют серые в яблоках лошади. Сегодня он тоже едет на придворный маскарад.

Ю. Овсянников