Мастер лепки и фантазии Франческо Растрелли. Зимние дворцы – Часть 22

Опубликовано: Май 13, 2013

Именно в конце 1760 года обер-архитектор а настигают неудачи. Прекращают начатое два года назад строительство Гостиного двора. Он замыслен как огромная, трапециевидная в плане, двухэтажная галерея, способная своим декором соперничать с любым дворцом. Скорее это пристанище для мудрецов и философов, где можно, укрывшись от непогоды, в такт размеренной прогулке, размышлять о сущности бытия, но вовсе не торжище, не скопище купеческих лавок. И все же императрица проект утвердила. Указ 28 марта 1758 года предписал: «…купечеству каменный гостиный двор строить по плану и показанию обер-архитектор а графа де Растрелли».

Строительство началось. Правда, не хватало рабочих рук. Все способные были заняты на подмостях Зимнего и Смольного монастыря. Впрочем, обер-архитектор а все это не волновало. Он твердо знал: как только завершится строение дворца, опытные каменщики перейдут сюда, на Невский.

Однако осенью 1760 года возведение Гостиного двора совсем приостановилось. Поползли по городу раздуваемые слухи. Мол, не надобно купцам такое роскошество. Им бы нечто попроще да подешевле. По старой поговорке: на грош — пятаков. А ежели такое простое строение окажется не очень прочным, то и ремонт сделать можно. Только до того ремонта еще дожить надо. Посему выгоднее первый взнос сделать скромнее, экономнее.

Неприятие купцами проекта обер-архитектор а и связанные с этим треволнения обострили болезнь Растрелли. Вдобавок ко всему поклонник новой французской моды И. И. Шувалов добился, что 25 мая 1761 года последовал указ: строить Гостиный двор «таким манером, как на сочиненном архитектором Деламотом плане назначено». Сигнал к завершению карьеры обер-архитектора!

Франческо Бартоломео Растрелли не мог представить, не желал помыслить, что может наступить время, когда моду и вкусы в России станет определять не императрица единолично, а общество с его интересами и притязаниями. За многочисленными делами проглядел, как постепенно формировать общественное мнение стали новые люди. Из числа тех, кто многие годы провел за границей, особенно во Франции; кто, прочитав только что вышедшие первые тома «Энциклопедии, или Толкового словаря наук, искусств и ремесел…», увлекся идеями Дидро и Д Аламбера. Составляя круг приближенных великой княгини Екатерины Алексеевны, будущей императрицы Екатерины II, эти люди с усмешкой и осуждением взирали на грубые нравы и вкусы, царившие при дворе Елизаветы.

Ю. Овсянников