Мастер лепки и фантазии Франческо Растрелли. Последние годы – Часть 2

Опубликовано: Июнь 16, 2013

События меж тем развертывались с невероятной быстротой. Рассказывают очевидцы.

Г. Р. Державин: «Армейские полки примыкали, по приведении полковников к присяге, по порядку, к полкам гвардии, занимая места по улицам Морским и прочим, даже до Коломны. А простояв тут часу до восьмого, девятого или десятого, тронулись в поход обыкновенным церемониальным маршем, повзводно, при барабанном бое, по петергофской дороге в Петергоф. Императрица сама предводительствовала, в гвардейском Преображенском мундире, на белом коне, держа в правой руке обнаженную шпагу…»

Ювелир Е. Позье: «Все войска, которые остались в городе, стали шпалерами вдоль улицы и так простояли всю ночь. Я не мог сомкнуть глаз и просидел у окна, следя за всем, что происходило.

Я видел, как солдаты выбивали двери в подвальные кабаки, где продавалась водка, и выносили огромные штофы своим товарищам, что меня страшно испугало.

Я позвал из окна одного знакомого офицера и просил его зайти на минуту ко мне, что тот и исполнил. Я заявил ему свои опасения. Офицер объявил мне, что невозможно запретить солдатам погулять, но что он надеется, что императрица, арестовав Петра III, тотчас же возвратится в город, а тогда все кончится».

Г. Р. Державин: «С того самого дня приумножены пикеты, которые во многом числе с заряженными пушками и с зажженными фитилями по всем мостам, площадям и перекресткам расставлены были. В таком военном положении находился Петербург, а особливо вокруг дворца, в котором Государыня пребывание свое имела, дней с восемь…»

Екатерина арестовывает (правда, ненадолго, чтобы затем отправить в почетную ссылку) приближенных Петра III — Гудовича, Волкова, Мельгунова.

6 июля приходит известие о смерти Петра III от «геморроидальных колик». Так в официальном манифесте названо убийство, свершенное Алексеем Орловым и Федором Барятинским.

Ю. Овсянников