Главный зодчий Петербурга Карл Росси. В отставке – Часть 27

Опубликовано: Июль 13, 2013

В этих комнатах и поселилось семейство Росси. Мебели у них достаточно, и порядка, конечно, больше. Сестры стараются вести дом «как при маме». Но это трудно. И вместо посуды фарфоровой уже стоит на столе фаянсовая, а серебряные приборы уступили место железным и оловянным.

Оживление в доме наступает, только когда Николай возвращается из гимназии. Каждый раз у него новые рассказы о товарищах, уроках, преподавателях. Порой самые невероятные известия приносит кухарка с рынка. Вот недавно зловещим шепотом сообщила о приближающейся холере. Но стоит ли принимать бабьи сплетни всерьез… Из «Дневника» А. Никитенко за 1847 год: «Ноябрь 2… Холера, раскинувшая свои широкие объятия на всю Россию, медленным шагом приближается к Петербургу. Но в публике пока заметно больше любопытства, чем страха. Может быть, это. оттого, что она грозит еще издалека, а может быть, оттого, что жизненность нашего общества вообще хило проявляется: мы нравственно ближе к смерти, чем следовало бы, и потому смерть физическая возбуждает в нас меньше естественного ужаса».

Тяжкие думы одолевают Карла Ивановича: что будет с детьми после его смерти. Младший сын еще не кончил гимназию, три дочери — бесприданницы, старшие сыновья хоть и служат, но сами с трудом сводят концы с концами.

Наконец, зодчий решается — 28 октября 1847 года он подает прошение о принятии его в российское подданство. Ровно через три месяца ему вручают свидетельство: «Дано сие из 1го департамента Санкт-Петербургской управы благочиния, бывшему неаполитанскому подданному, коллежскому советнику К. И. Росси в том, что он согласно изъявленного им желания и на основании составленных постановлений в присутствии департамента и священника исповедуемой им веры на подданство России к присяге приведенный вместе с семейством…» Теперь он знает, что обеспечил своим наследникам хотя бы небольшую, но постоянную пенсию.

Ю. Овсянников